Урок 4. М. Горький «На дне». Конфликт и система образов

О чем идет спор в этой пьесе, все более или менее догадываются, - о правде и лжи. Это и есть дискуссия, которая в интеллектуальной драме заменяет традиционный конфликт. Какую роль при этом играет сюжет? – Он служит своего рода наглядной иллюстрацией к мнениям сторон, участвующих в дискуссии. Точнее, действующей моделью, на которой можно демонстрировать, как на самом деле происходит то, о чем спорят герои. Значит, чтобы разобраться в этой пьесе, надо увидеть, как дискуссия о правде соотносится с событиями и судьбами ночлежников. Отталкиваться можно как от дискуссии (абстрактных формулировок), так и от реального течения событий. Второе даже интереснее, но это путь для тех, кто готов сразу и самостоятельно осмыслить систему образов.

Для начала спросим, сколько мнений сталкивается в этом споре. Или по-другому: какие конфликты видны в этой пьесе? Сложность в том, что позиций не две, а больше. То же и с конфликтами. Для начала стоит аккуратно отделить ту ветвь дискуссии, которая лежит на поверхности и редко кого теперь интересует: это спор ночлежников и хозяев о традиционной морали. И, соответственно, конфликт хозяев и ночлежников. Он достаточно важен, да и остроты в нем хватает.

Горького эта ветвь дискуссии в свое время очень даже интересовала. Он много раз брался доказывать, что традиционная христианская мораль есть порождение классового общества: она (согласно марксизму) охраняет интересы тех, у кого есть собственность и власть, от посягательств неимущих эксплуатируемых масс. Уже после «На дне», в 1906 году, Горький написал статью «Жрец морали», в которой говорится: «Никому не выгодно быть честным среди жуликов… Мораль выгодна для вас, когда вы имеете все, что вам нужно, и желаете сохранить это для себя одного; она невыгодна, если у вас нет ничего лишнего, кроме волос на голове… Если у человека есть деньги, волы, рабы, ослы и сам он не идиот – он моралист».

Таким вот «моралистом» в пьесе является Костылев, который любит петь что-то божественное и зажигать лампадки, но не простит никому долга, да еще накинет плату.

Если задано было выписать, за что ценят людей разные «группировки», то легко увидеть, что в этом конфликте Лука солидарен со всеми ночлежниками. Эта линия жестко разделяет хозяев и бесправные эксплуатируемые массы. Выписки могут быть разной степени подробности. Важно, чтобы были отмечены такие «пункты»:

  1. Отношение к закону, чести и совести.

Хозяева считают, что люди должны подчиняться законам, не нарушать общественного порядка и поступать честно.

Ночлежники говорят, что им это невыгодно. «Всякий человек хочет, чтобы сосед его совесть имел…» А сосед, как правило, ее не имеет. По их мнению, самые лучшие люди – воры: они легко расстаются с деньгами (эту идею Горький уже изложил в Челкаше» и, как видим, от нее не отказался). Другой афоризм на ту же тему: «Честь-совесть тому нужна, у кого власть да сила есть».

Правда, есть и среди ночлежников наивные души: Татарин полагает, что «закон душа иметь надо», и пытается жить по этому закону, но в итоге присоединяется к картежникам (шулерам), потому что остался без руки, а значит, без работы.

Лука вроде бы полностью на стороне ночлежников: «Я и жуликов уважаю». «Ни одна блоха не плоха: все черненькие, все прыгают». Однако сам он все-таки не жулик. И, больше того, начинает с того, что проявляет совесть: и метлу берет, и Анну жалеет. Но вот к закону он совершенно равнодушен.

  1. Лояльность к властям, в частности, подчинение паспортному режиму.

До сих пор это вопрос сложный и спорный. Но перед революцией все «левые» деятели были уверены, что паспортный режим – это позор, потому что, во-первых, нарушает свободу личности и дает возможность отслеживать перемещения неугодных лиц, а во-вторых, попросту унижает человеческое достоинство, потому что какая-то бумажка для властей важнее личности.

Хозяева наивно утверждают: «Хороший человек должен иметь пачпорт. Все хорошие люди пачпорта имеют».

Легко догадаться, что у ночлежников «пачпортов» нет, что делает их очень уязвимыми и зависимыми от начальства. Все время надо давать взятки, чтобы не попасть в тюрьму.

  1. Оседлость.

Для Горького это очень личный мотив (он сам бродил по Руси и вызывал у властей сильное раздражение). Но в нем тоже есть элемент политической программы: свободный человек имеет право свободно перемещаться, куда его душе угодно.

Хозяева с этим не могут согласиться. «Костылев. Человек должен на одном месте жить… А не путаться зря по земле…»

На что ему Лука ехидно отвечает: «А если которому – везде место?» И он же говорит Медведеву, который с удивлением сказал, что не видал этого старичка на своем участке: «Это оттого, дядя, что земля-то наша не вся в твоем участке поместилась… осталось маленько опричь его». И еще раз скажет: «Все мы на земле странники». И еще добавит: и Земля наша в небе странница.

А вот все прочие ночлежники хотели бы стать странниками и уйти из этого притона хоть на край света, хоть на четвереньках уползти, но им недостает для этого свободы (главным образом внутренней). Хотя желание уйти, вырваться – лейтмотив пьесы и ее главный сюжет.

  1. Работа

Хозяева считают, что «хорошие» люди обязательно должны работать. Иначе кого ж эксплуатировать?

Убежденные ночлежники работать даже не пытаются. Их позицию выражает Сатин: если судить по работе, то лошадь лучше всякого человека: работает и молчит. Эта реплика в 1902 году имела огромный успех, поскольку намекала на стачки рабочих, которые мало того, что прекратили работать, так еще и не молчали.

Ночлежники начинающие (Клещ, Татарин) согласны с хозяевами: надо работать, чтобы сохранить уважение к самому себе. Но оба в итоге работу потеряют.

  1. Тишина и шум

Хозяева хотят, чтобы люди вели себя тихо и смирно. Шум – это беспорядок, а беспорядок может превратиться и в бесчинство, в мятеж и бунт.

Ночлежники, наоборот, шумят: рычат, кашляют, скрипят, ругаются, стихи декламируют, поют. И это своего рода форма сопротивления, демонстрация протеста. А если и нет, если крик просто привлекает внимание к ужасному положению, в которое попали эти люди, - хозяевам он все равно мешает.

 

Когда мы это осознали (и заодно отделили от главной дискуссии спор ночлежников с хозяевами), можно заняться все-таки системой образов. Если не было такого Д/З, то предложить прямо на уроке разделить всех действующих лиц на какие-то осмысленные группы. Сначала, может быть, кто-то пойдет по линии наименьшего сопротивления и предложит разделить всех на хозяев и ночлежников. Но мы эту линию уже отработали, и она нам больше не нужна. Поэтому, если класс сам не предлагает более здравых версий, можно задавать провокационные вопросы:

- Кто может уйти из ночлежки, кто – нет? – Оказывается, может уйти один Лука. Все остальные к ней как-то прикованы, и это не зависит от их социального статуса. Лука же все время находится вне этого мира, над ним. Самый свободный герой, воистину – странник.

- Кто не хочет оттуда уходить?Костылев и Медведев (до последнего действия). Они привязаны к ночлежке своею властью и корыстным интересом. Им кажется, что здесь все зависит от них. Они очень ошибаются. Ночлежка (еще одно воплощение того горьковского «болота», которое губит слабых людей) перемалывает их жизни так же, как жизни неимущих постояльцев. Это, конечно, образ-символ, о чем надо не забыть когда-нибудь поговорить: символ жизни, которая по суть есть не жизнь, а смерть.

- Кто из ночлежников хотел бы, но не надеется и не пытается вырваться на волю?Бубнов и Сатин. Оба считают себя мертвыми (хотя бы до последнего действия). Они, таким образом, не участвуют в экспериментах Луки и даже не входят в «контрольную группу» (какую – об этом чуть позже). Сюда же, вероятно, можно отнести и сапожника Алешку, который играет похоронный марш и кричит, что ничего не хочет. Он явно примыкает к этим живым мертвецам.

- Кому из ночлежников Лука дарит надежду и утешение?Анне, Актеру, Наташе и Пеплу. Для каждого он находит свой вариант поддержки, поэтому говорить о них надо подробно – о каждом.

- Кто из ночлежников сам себя утешает – надеждой на «освобождение» или еще каким-то образом? Клещ, Квашня, Василиса, Татарин и Настя с Бароном. У них тоже разные варианты утешения, и о них тоже надо говорить подробнее. Но можно сразу сказать, что это и есть та «контрольная» группа, с помощью которой Горький показывает, выход из ночлежки для героев практически неосуществим. Сюда же можно отнести, кстати, и обоих «хозяев»: они тоже полагали себя свободными и обманулись.

И у нас, таким образом, получаются три группы: 1) те, у кого нет иллюзий и кто считает себя мертвыми, 2) те, кто сам питает иллюзии о том, что «со дна» можно выбраться или хотя бы куда-то «укрыться» от безрадостной реальности (в прошлое или в мечту), 3) те, кому Лука предлагает некий выход, кажущийся реальным и вполне достижимым. Сам Лука стоит вне групп: он тут экспериментатор и манипулятор, этакий кукловод. Впрочем, отношение к нему у автора не раз менялось (он и пьесу переделывал довольно радикально), и в тексте есть следы прямо противоположных оценок: и восторженной, и обличительной. Эта заведомая двойственность образа Луки – находка для режиссеров и составителей экзаменационных вопросов: такой простор для рассуждений и споров, где можно текстом пьесы обосновать диаметрально противоположные суждения.

Хорошо было бы тут же, на этом уроке успеть поговорить о «контрольной группе». На что они надеялись и что с ними случилось?

Костылев считал себя неуязвимым – в итоге он убит.

Медведев помогал ему – в итоге уволен из полиции и пополнил ряды ночлежников.

Квашня надеялась, что выберется «со дна», если выйдет замуж за Медведева (хотя и не признавалась на словах). В результате не только не выбралась, но еще и Медведева себе на шею посадила.

Клещ ждал смерти жены. Но когда она умерла, ему пришлось распродать инструмент, чтобы ее похоронить, и он остался таким же «люмпеном», как и другие, кого он презирал и считал бездельниками.

Василиса рассчитывала, что Василий убьет ее мужа, а она станет свободной и богатой. В итоге в убийстве обвиняют их обоих, и ее ждет тюрьма.

Настя находит утешение в придуманной любви (в чем Лука ее только поощряет: «Во что веришь, то и есть»). Но в конце буквально звереет и хочет вырваться на свободу. Утешение ее больше не спасает.

Барон прячется в своих воспоминаниях. Но Настя в отместку за его насмешки кричит ему: «Не верю!» - а Сатин добивает: «В карете прошлого – никуда не уедешь!» И Барон теряет свою спасительную нишу.

Вывод? – Ночлежка никого не отпускает. Всякая попытка выбраться из нее – иллюзия, которая рано или поздно развеется. Потому-то, вероятно, часть ночлежников и не пытается из нее выбраться. Одни – потому что ясно видят ужас своего положения. В этом – по Горькому – их сила. Они не боятся правды, хотя она совершенно убийственна.  К этим героям Лука даже не пытается приближаться со своими разговорами. Другие – потому что не смеют ни на что надеяться. Слишком слабы для надежды, хотя рады были бы надеяться. Вот им-то и Лука пытается помочь.

 

И опять Д/З – проблема. Нам нужно получить спор Луки и Сатина. Но это очень сложно. Может быть, стоит пока сосредоточиться только на Луке? Ну, скажем: «Лука: за и против». С обязательными ответами на несколько вопросов. 1) Какова судьба тех, кому пытался помочь Лука, по сравнению с «контрольной группой»? 2) Почему эти люди не спаслись? 3) Ложь ли – то, что предлагал им Лука? Как он сам это объясняет? 4) Чем он оправдывает свое понимание правды и лжи? 5) Как вы поняли притчу о «праведной земле»? 6) Для чего живут люди, с точки зрения Луки? (Внимание! Мы узнаем об этом в последнем действии, в пересказе Сатина. И не говорите, что в пьесе этого нет). И что напоминает эта теория? 7) Как по-вашему: добрый ли человек Лука? Какие у него «за» и «против»?

Если классу подробные указания, наоборот, не нужны, пусть сами ищут «за» и «против». Надо только намекнуть им, чтобы не потеряли праведную землю и про смысл жизни в пересказе Сатина. И чтобы эпизод с беглыми каторжниками не пропустили.