Шаблоны Joomla здесь

Дети и война в отечественной литературе: опыт хронологического среза.

О.В. Смирнова, Москва, Традиционная гимназия

 

1.

Книги о Великой Отечественной войне – независимо от их роли в военно-патриотическом воспитании и невзирая даже на то, что большая часть их написана по «социальному заказу», – остаются частью русской литературы. И авторы, и читатели вольно или невольно соотносят произведения о войне с классической традицией, поэтому целесообразно начать наш обзор с краткой предыстории: каким образом в русской литературе освещалась тема «война и дети» и какая проблематика с нею традиционно связана.

В «Курсе молодого словесника» вкратце уже говорилось о такой форме работы. При всем разнообразии конкретных заданий ее легко отличить от других методик по определенному «порядку действий». Сначала предлагается вопрос (тема, задание) и школьники самостоятельно готовят свой вариант ответа; потом эти варианты выслушиваются и обсуждаются, в конце урока учитель подводит итоги: оценивает выступления, отмечает самые удачные идеи и добавляет то, до чего класс не додумался. В такой работе нет никаких внешних эффектов, выглядит она скромно и буднично, и потому, наверно, в последнее время о ней почти совсем забыли, хотя эта методика известна еще с 60-х годов ХХ века. Но забыли о ней напрасно: опережающее задание очень эффективно и имеет ряд преимуществ, которых особенно не хватает современным урокам литературы.

1.

 

Приятная беседа за столом – это искусство. Когда-то оно процветало в высшем свете; изящной table-talk наверняка учили – как поведению за столом вообще.

О том, как пишется фамилия Григория Александровича Печорина, в каждом классе надо сказать хотя бы два слова. Обратить внимание на географическую перекличку (Онега – Печора), напомнить, что ошибки в написании нежелательны… И все равно почти всегда найдется пара разгильдяев, которые напишут в сочинении «Печёрин». Точней – «Печерин»: кто же в старших классах ставит точки над «ё»? Эта ошибка напоминает нам о человеке, которого иногда считают прототипом лермонтовского героя, - Владимире Сергеевиче Печерине. Прочитав роман, он признал героя своим однофамильцем, проворчал: «Именно этого мне не хватает…» О В.С. Печерине обязательно нужно рассказать – если не в связи с «Героем нашего времени», то чуть позже, говоря о русском обществе 30-х – 40-х годов ХIХ века, о спорах западников и славянофилов. Более последовательного западника у нас, наверно, не было: Печерин должен был стать профессором в Московском университете (точнее – уже стал), но буквально сбежал за границу и уже никогда больше не возвращался на родину. Сделался католиком - монахом и священником, умер и похоронен в Дублине в 1885 году, намного пережив Лермонтова.

Этот термин состоит из двух греческих корней. Первый корень означает любовь, второй – слово. Филология в буквальном смысле – это любовь к словам, текстам, составленным из слов, и к постижению смыслов, заключенных в этих текстах. Один из замечательных русских филологов, С.С. Аверинцев, назвал филологию «службой понимания», которая помогает решить одну из главных человеческих задач – понять другого человека» (другую культуру, другую эпоху и т.п.).