Кому учитель – современник?

Школьники почему-то думают, что между ними и учителями всегда лежит водораздел эпох. Учитель – человек другого времени, даже если он старше на каких-то жалких 5 – 6 лет. Да что – на жалких 2 – 3 года!

Само по себе это детское заблуждение не трагично. Если учитель и ученики найдут общий язык, то спустя несколько лет после выпуска они могут сделаться просто друзьями. Хотя мой опыт говорит, что отношения никогда не станут уж совсем «на равных». Обычно выросшие детки относятся к учителю слегка по-опекунски. С ласковой снисходительной заботой, потому что, если нас не опекать, мы точно пропадем в этом жестоком мире, далеком от «разумного и доброго» (чему мы их учили).{jcomments on}

Но за этой снисходительной заботой всегда скрывается и легкий призвук почтительного смирения перед таинственной сущностью учителя. «Вы помните, что вы нам говорили?» - спрашивает меня мой очень взрослый, давно сорокалетний выпускник, заменив негодную розетку и погрозив пальцем капризному компьютеру. Конечно, я не помню. А он помнит. Хотя что я могла такого умного им говорить, будучи натуральным молодым словесником?

Откуда берется тот крохотный временной зазор, который разделяет нас и наших ребят, могу только предположить. Возможно, дело в том, что школьники воспринимают мир вокруг себя как некоторую данность, абсолютную константу, норму, от которой будут потом отсчитывать все изменения. И эта изначальная данность у нас с ними все-таки разная: мы принимали с таким же нерассуждающим доверием другие фильмы и другие песни, чуть-чуть другую моду и слегка иной жаргон. Дети на редкость остро чувствуют эти «чуть-чуть» и «слегка»; для них хит позапрошлого сезона уже седая древность. И каждый школьный выпуск как стрела, захватывающая лоскуток того «сегодня», в котором ей довелось пересечь границу между двумя эпохами. До выпуска жизнь школьника идет в ожидании «будущего». В момент выпуска оно становится для ребят «настоящим». А наше с вами время делается уже «прошлым». Так что придется нам смириться. Мы никогда не станем современниками своих учеников в этом жестоком, школьном смысле (а только он и важен с точки зрения ребят).

Не станем – и не надо. Во-первых, потому что мы вовсе не обязаны быть для них представителями какой-то узкой «своей» полоски времени. Мы им приносим вещи более или менее вечные. Не старомодные, а стоящие выше моды. Иначе говоря, современные во все времена. Бывает, старшеклассники пытаются с этим не согласиться и отрицать Толстого с высоты последнего фантастического боевика, а Блока – рок-шедевра любимой группы. Кстати, поклонники «Алисы» в одном из моих классов были когда-то глубоко обескуражены, увидев, сколько там цитат из Блока. Значит, наше дело - показать ребятам, насколько эта классика касается их лично, здесь и сейчас. К сожалению или к счастью, для каждого класса это приходится делать заново – и по-другому. Они действительно воспринимают все чуть-чуть по-разному, и два года для них – большой срок, а пять лет – целая эпоха.

Во-вторых, время действительно на месте не стоит, и в культуре постоянно прирастает что-то новое, чего ребята чаще всего не замечают. В идеале именно учитель должен быть в курсе того, что появилось яркого и свежего на свете, и принести это новое в класс. Или хотя бы освоить это новое, когда оно уже стало достоянием учеников.

Отсюда следует совсем простая мысль: учителю никак нельзя оставаться человеком своего «мгновения». Он должен осваивать все новое по мере его появления, иначе временной «зазор» между ним и его учениками станет пропастью полного непонимания. В этом смысле словесник должен оставаться «молодым», сколько бы ему ни было лет.

Был у меня однажды такой опыт: по личным (уважительным) причинам я пропустила появление русского рока конца 80-х. А потом сидела и слушала, как ребята поют песни, в которых я не понимаю ничего. Ни звука, ни полсмысла. И если не пойму, то со мною все кончено: я им, ребятам, буду никто. Да и что я за филолог, если не разберусь, «какая рыба в океане плавает быстрее всех»? Кстати, эта песня про рыбу (Б. Гребенщикова) оказалась в итоге на редкость понятной:

Я не хочу говорить вам «нет»,

Но поймете ли вы мое «да»?

Двери открыты, ограда – тю-тю,

Но войдете ли вы сюда?

Собственно, о том и речь. Какие бы песни ни пели наши ребята, мы должны суметь войти. А заодно открыть для них дверь в другие времена, чтобы они тоже не оставались только в своем «сегодня».